Российский бюджет стремительно отходит от принципов фискальной осторожности, которыми Кремль гордился десятилетиями. Военные расходы остаются главным приоритетом государства даже ценой ускоренного роста долга и платежей по нему, сообщает The Moscow Times со ссылкой на Reuters.
Война в Украине обходится России всё дороже. За неё платят и население, и бизнес — через инфляцию, высокие процентные ставки и ежегодное повышение налогов.
Экономика при этом стагнирует второй год подряд.
Бюджетный дефицит в 2026 году, по оценкам Минфина, увеличится вдвое сверх плана — до 7,3 триллиона рублей, или 3,2% ВВП. В номинале это самый большой разрыв между доходами и расходами за всю историю современной России.
В процентах от ВВП дыра в казне была больше только в пандемийном 2020 году — 3,8% ВВП.
Растущие госрасходы вынуждают Россию всё больше брать взаймы. Двузначная ключевая ставка Центробанка и существенная риск-премия увеличивают издержки на выплату процентов.
Высокая стоимость заимствований гарантирует быстрое нагромождение долга, и в следующие два года положение казны может стать ещё хуже, предупреждает замдекана экономического факультета МГУ Олег Буклемишев.
«Для продолжения работы этой системы нужно либо уменьшение риска, либо снижение ставки ЦБ — то есть устойчивое снижение инфляции, либо экономический рост, при котором проблемы сокращаются в реальном выражении. Ничего этого на столе нет», — сказал Буклемишев.
Летом 2025 года Владимир Путин называл высокими расходы на оборону — тогда 13,5 триллиона рублей, или 6,3% ВВП — и заявлял о планах их сократить. Однако проект бюджета, принятый Думой в первом чтении, предполагает дальнейший рост.
В 2027 году траты на национальную оборону достигнут рекордных 17,1 триллиона рублей — 6,9% ВВП, или 35% общих расходов казны.
Вместе с расходами на национальную безопасность траты на армию, полицию и спецслужбы составят 21,4 триллиона рублей (8,6% ВВП) — 44% всех расходов. Для сравнения: в 2021 году этот показатель равнялся 5,9 триллиона рублей (4,4% ВВП), около 24% бюджета.
Если прибавить растущие выплаты на обслуживание госдолга, занято оказывается больше половины бюджета-2027 — 53%.
Государственные инвестиции в гражданскую экономику, инфраструктуру, образование и здравоохранение будут сокращаться не только в реальном, но и в номинальном выражении. С поправкой на прогнозируемую инфляцию расходы по незащищённым статьям урежут примерно на 12%, подсчитал главный экономист «Эксперт РА» Антон Табах.
«Фактически секвестр бюджета, который обсуждался весной, но так и не был реализован, будет в размытом виде проведен в следующем году. Мы увидим много инвестпроектов, сдвинутых вправо, меньше госзаказов, меньше госзакупок», — сказал Табах.
Бюджет схлопывается с точки зрения выполнения общественных функций, пространство для развития и удовлетворения социальных потребностей уменьшается, добавил Буклемишев.
Совокупный госдолг, низкий размер которого чиновники часто приводят как пример устойчивости экономики, в этом году достигнет порога 20% ВВП. Этот уровень власти называли безопасным и обещали не переступать.
В следующем году показатель увеличится почти до 22% ВВП.
В 2027 году Минфин для покрытия дефицита собирается нарастить заимствования на внутреннем рынке до 7,7 триллиона рублей — на 2,3 триллиона больше, чем планировал год назад. С ежегодных объёмов размещения госдолга в 1,0—1,5% ВВП, державшихся до 2022 года, Россия закрепляется на уровне 2,5% ВВП, указала главный экономист «Т-Инвестиций» Софья Донец.
Доходность госбумаг уже превысила уровень ключевой ставки Центробанка — 16—17% против 14%. Пять лет назад Минфин привлекал средства на рынке ОФЗ более чем вдвое дешевле — под 7—8% годовых.
«Премия, которая сейчас есть, цены на ОФЗ, доходности — это безумие. Это, как говорит молодежь, кринж какой-то», — сказала Донец.
По оценке Минфина, расходы на обслуживание долга вырастут до 4,6 триллиона рублей (9,4% расходов бюджета) в 2027 году и 5,7 триллиона (10,5%) в 2029 году. В 2021 году этот показатель составлял 1,1 триллиона, или 4,4%.
В следующем году выплаты держателям долга почти сравняются с тратами на национальную экономику — финансированием дорог, инфраструктуры, сельского хозяйства и промышленности.
Темп роста процентных платежей сужает арсенал традиционных экономических инструментов и приближает переход к более жёстким мерам, считает Буклемишев. «Если еще вчера все было более или менее нормально, то сейчас подступает ситуация, когда какие-то решения надо принимать, и они должны быть достаточно резкие. Вы либо режете сильно расходы, либо делаете что-то с долгом. Продолжить повышать налоги тоже можно, но все упирается в то, что издыхает корова, которую вы доите», — сказал он.
То, что налоги продолжат расти при сохранении статус-кво — «это 300%», уверена Донец. «Налоги заплатят все, и чем дольше мы будем находиться в той сложной ситуации, в которой находимся, тем больше все это будут чувствовать», — добавила она.
«В любом случае будет просадка в уровне жизни… Выход — только один и он лежит не в сфере экономической политики, а в сфере просто политики, геополитики», — заключила экономист.